Олег Радзинский — Собрание сочинений (2008-2024)

— Вы сейчас в очередной раз сказали, что вы себя писателем не считаете. А вот, скажем, в пяти словах — вы кто?
. . . — Позвольте в одном. Нет, в двух: Олег Радзинский. Это моя национальность, гражданство, моя гендерная принадлежность, классовая, расовая и тому подобное.
. . . Я же человек, лишенный страны, моей родины больше нет. А родина — это мое детство советское. Его больше нет, вместе с материком под названием Советский Союз оно пропало, и я оказался в положении такого отдельного тела — то, о чем Кант говорил, когда говорил «вещь в себе». Вот я вещь в себе, такой черный ящик. Поэтому, когда меня спрашивают, кто вы… Например, у меня два гражданства: я американец и британец. Чувствую ли я какую‑то лояльность по отношению к Соединенным Штатам Америки? Нет. К Соединенному Королевству? Тоже, в общем, нет. Поэтому у меня нет того, о чем писал Курт Воннегут в замечательном романе «Колыбель для кошки» — у меня нет карасса, то есть более широкой группы, к которой я или принадлежу, или считаю, что принадлежу. У меня этого нет, я лишен этого, я принадлежу к себе самому, к своей семье.
. . . Это, кстати, не такая плохая вещь. С одной стороны, это вещь достаточно одинокая, а с другой стороны, она дает вам объективный взгляд на вещи. У вас есть позиция отстраненности, вы не обязательно выбираете…